18+
26.05.2017 Тексты / Статьи

​Граффити и Супермен

Текст: Максим Клейменов

Фотография: Максим Клейменов

Обозреватель Rara Avis Максим Клейменов рассказывает о том, как побывал на экспериментальной выставке «Граффити в комиксах», прошедшей в рамках Фестиваля рисованных историй «КомМиссия-2017».

Вечером 18 мая в зале 4-33 центра «Фабрика» было шумно. На торжественное открытие выставки «Граффити в комиксах» собрались молодые люди в спортивных костюмах и хипстеры с напомаженными усами. Публику развлекали не только художники работами, но и диджей — электронным сетом, а спонсоры — бесплатным разливным пивом. Ближе к девяти организаторы решили рассказать о том, что за вечеринку они устроили. Бородатый парень с рюкзаком за плечами и сумкой-кошельком спереди, тщательно подбирая слова, сообщил, что представленная экспозиция — настоящий эксперимент. Художники, чьи произведения представлены в зале, в первую очередь известны как мастера граффити. На выставке они постарались передать то, как тематика комикса отражается в их творчестве.

Примечательно и другое, событие состоялось в рамках фестиваля «КомМиссия», в последние годы ему, когда-то бывшему на передовой развития отечественного комикса, заново приходится искать свой голос среди недавно подоспевших более успешных коммерческих конвенций.

Фотография Максима Клейменова


Но вернемся к выставке. Удалось ли устроителям нащупать точки соприкосновения двух видов искусства? Представление художников граффити в галереях сегодня — дело привычное, будь то Бэнкси или Паша 183 * — Российский художник граффити и уличной инсталляции. Скончался в 2013 году. , сравнение которого с британцем обычно обижало. Впрочем, влияние комикса на искусство в целом давно бесспорно, взять хотя бы Роя Лихтенштейна * — Американский художник, один из крупнейших представителей поп-арта. . Значение последнего для стрит-арта, кстати (а значит и для комикса), вполне известно. Для примера можно рассмотреть хотя бы ныне уничтоженную работу группы 310 на стене депо им. Апакова для проекта «Лучший город земли» * — Знаменитого вагоновожатого и революционера Апакова изобразили на фоне двух знойных женщин и трамвая, символизирующего продолжение его славных дел. Работа подражала стилю промышленной печати — Цвета смешивались за счёт наложения ярких точек на фоновые подложки, как на картинах Лихтенштейна и в классических старинных журналах комиксов. .

Однако трактовка оказалась односторонней. Если вопрос о том, как влияет комикс на уличных художников, до какой-то степени был прояснен, то, что же значит граффити для комиксистов понять, увы, не удалось. Таким образом «комикс» оказался здесь скорее темой, а не действующим лицом.

Фотография Максима Клейменова


Поэтому отметить представленные на выставке работы стоит за другое. Не столько за то, успешно или нет авторы осмыслять комикс, сколько за саму подачу. Дело в том, что выставленные картины были нарисованы на холстах. Получается, вольно или невольно, но организаторы предложили сыграть граффитчикам в ретроградов. И это действительно был эксперимент, ставящий серьезный вопрос о том, готовы ли современные уличные художники работать как обычные? Одно дело, когда Антон Фигляр * — Художник граффити, участник московской команды HML. ставит подпись Yober на глухой стене, а другое — на автопортрете, пусть даже с балаклавой и Бэтменом. А, вот Сергей Much, участник творческого объединения 1036, бомбит из аэрозольного баллончика московские джунгли, обозреть которые, взбираясь по лианам, лезет Тарзан. Но не превращает ли эта операция, выполненная по грунту на холсте, Much-а в подражателя Альфонса Мухи? Или граффитчик Вадим Восьмой. В сопроводительном описании к своей работе он говорит о том, что однин из источников его вдохновения — творчество Шиле. Всё бы ничего, но общий фон выставки делает из простого упоминания попытку сыграть на чужом поле, представ в другом контексте.

Фотография Максима Клейменова


Во время презентации кто-то из граффитчиков нашёл на «Фабрике» пустую коробку и тут же на глазах у зрителей начал расписывать ее маркером. Позже, когда новый экспонат был заполнен, его прислонили к одной из стен. Это было сравни приговору Антисфена зенонову утверждению о том, что движения нет.

Фотография Максима Клейменова


По мере того как все желающие смогли насытиться такого рода комиксами и бесплатным пивом, люди стали расходиться по цехам и переулкам «Фабрики». В одном из них под светом фонарей какой-то граффитчик расписывал свободную стену. За углом уже был изображён Супермен, смачно врезавшийся в поверхность. Пожалуй, это было лучшей демонстрацией возможности совмещения граффити и комикса за вечер.

Другие материалы автора

Максим Клейменов

Тайна Бэтмена и Эдгара По

Максим Клейменов

Диктатор Иван и святой Чингисхан

Максим Клейменов

​Фетиш Коллекционера

Максим Клейменов

​Как «Лошадь в движении» изменила комикс