18+
29.12.2021 Тексты / Статьи

​О, дивный мир онлайна

Собрала Анна Смирнова

Фотография: by Artem Maltsev on Unsplash

Об итогах уходящего 2021 и новых тенденциях грядущего 2022 года рассказывают авторы Rara Avis.

Алена Бондарева

Литературный критик, руководитель проекта Rara Avis

В этом году мы спокойнее относились к переносу и отмене фестивалей, концертов и презентаций. Но когда задуманное осуществлялось, хотя бы в гибридном формате (часть мероприятий офлайна перетекала в онлайн), нам казалось, что случился праздник. Таковым стал 37 Всемирный конгресс по детской книге (IBBI), впервые прошедший в России. В притихшую Москву (в 2020 конгресс уже отменяли), наконец-то, съехались русские и иностранные поэты, писатели, библиотекари и эксперты по детскому чтению. Три сентябрьских дня они обсуждали свои инициативы, делились опытом рассказывания историй, изучали социальные и антропологические аспекты книг для детей. Но по большому счету просто радовались нахождению в кругу единомышленников. Аргентинский романист Мемпо Джардинелли вдохновенно рассказал о том, как он ходил по домам и собирал деньги для поддержки бабушек-сказительниц, которые были созваны для того, чтобы помочь детям стать читателями. Камерунец Седрик Кристиан Ньинаусси Элонг весьма темпераментно поведал о состоянии современной африканской литературы. А китайский писатель Цао Вэньсюань восхитил собравшихся поэтикой своей речи, в которой призвал всех рыбачить вместе с ним и вылавливать интересные книги.

Таковыми в этом году для меня стали «Бойня» Осы Эриксдоттер, удачно рифмовавшаяся с истерикой в СМИ и соцсетях по поводу вакцинации, и книга Григория Злотина «Снег Мариенбурга», гипертекст, способный вырвать любого из реальности.

В то же время список писателей, актеров, певцов, умерших в этом году из-за ковида и его последствий, давно превзошел гомеровский список кораблей. Не стало крупнейшего литературоведа Мариэтты Чудаковой, поэта и композитора Петра Синявского, чуткого детского писателя Ксении Драгунской и многих, многих других. Привыкнуть к этим неожиданным уходам по-прежнему трудно. Остается только надеяться, что в 2022 году потерь будет меньше.

Владимир Березин

Писатель-пешеход

Год этот быстрый, спрессованный, оттого что люди всё больше сидят по домам и меняют привычки. Многие поняли, что страсть к путешествиям — это страсть не к познанию, а к самоутверждению, тому, что писатель Пелевин описывал как соревнование систем потребления.

В этом году были написаны интересные книги, которых мы пока не знаем. Дело в том, что жизнь нашей литературы привязана к премиальным циклам, и читатели узнают о книге, только когда она получает премию. Ничего ущербного в премиальной системе нет, она вроде как пересказ преимуществ демократии устами Черчилля. Лучшего не придумали. Всё это хорошо описано в опере немецкого композитора Вагнера «Нюрнбергские мейстерзингеры»: честнее состязания пока не придумали. Одним словом, что было главным достижением уходящего года — непонятно, и мы можем и не узнать об этом никогда. Так устроен несправедливый мир, где случилось перепроизводство художественной литературы. Кстати, когда в «Русском вестнике» печаталась «Анна Каренина», критики говорили об упадке русской словесности.

Жизнь мудрее нас, просто мы пока этого не видим.

Анастасия Башкатова

Экономический и литературный обозреватель

Главным ощущением второго года пандемии можно считать ожидание перемен, но теперь в отличие от первого это не мрачные предчувствия, а скорее предвкушение новых «ревущих двадцатых» и расцвета дивных цифровых миров, которые станут свободными от ковида зонами комфорта.

Так, глава Facebook Марк Цукерберг объявил о начале создания «метавселенной», в которой при помощи специальных костюмов, очков и иных девайсов можно будет добиться максимального эффекта присутствия и чуть ли не тактильного контакта с аватарами друзей и близких. В этой метавселенной можно будет общаться, играть, обучаться, совершать покупки, заниматься спортом, работать. Пока одни критикуют такие новации (среди них, кстати, и Илон Маск), другие считают, что метавселенных должно быть много, а некоторые уже проводят там экскурсии, вечеринки, аукционы цифрового искусства, торжественные церемонии, разрабатывая и продавая для таких мероприятий брендированную цифровую одежду, аксессуары, как, например, делает Gucci.

Одним из главных «развлечений» мира искусства стали невзаимозаменяемые токены (NFT), в виде которых в течение этого года что только ни продавали: и цифровое полотно художника Beeple под названием «Первые пять тысяч дней»; и видео с сожжением одной из работ Бэнкси; и вырезанные сцены из «Криминального чтива» (это, кстати, вызвало скандал, кинокомпания решила подать в суд на Тарантино); и первые записи в Twitter и Wikipedia, сделанные основателями этих сервисов; и звук открывающейся бутылки Coca-Cola; и многое другое вплоть до прав обладать в некоторых музеях — причем и в российских тоже — цифровыми копиями известных экспонатов. Диапазон цен в зависимости от лота широкий: от нескольких десятков тысяч до нескольких десятков миллионов долларов.

Какие фильмы и книги можно считать знаковыми для 2021 года? Выбор предельно субъективен. Но, допустим, пока Ридли Скотт печалился и даже матерился на фоне провального проката средневековой драмы «Последняя дуэль» и обвинял во всем молодежь, Дени Вильнев получил предложение снять продолжение своей успешной киноадаптации романа Фрэнка Герберта «Дюна». Премьера запланирована на осень 2023 года.

Средневековье не интересует молодежь, твердят многие. Как бы не так. Например, художники Жаклин Уэст и Боб Морган, которые работали над костюмами к «Дюне», решили уйти от шаблонов массовой кинофантастики и «одели героев в стилистике футуристического Средневековья» . Для этого стиля даже был придуман специальный термин — modieval: гибрид слов modern — «современный» и medieval — «средневековый». Как пояснили художники, предполагалось, что костюмы должны быть функциональными с учетом внешней среды и правдоподобными для мира, технологии которого не имеют ничего общего с компьютерными и могут даже показаться примитивными по меркам популярных представлений о будущем. И действительно, визуальный ряд фильма — пейзажи, интерьеры, облик персонажей — производит гипнотическое воздействие.

Ну, а под конец года главной книжной новостью можно считать выход впервые полностью переведенного на русский язык экспериментального романа Джеймса Джойса Finnegans Wake, что казалось почти невозможным из-за огромного количества в тексте как придуманных Джойсом слов, так и заимствований из множества разнообразных языков. Не текст, а сплошное «варкалось».

В итоге мы получили 14-й в мире полный перевод и первый комментированный, говорится в сообществе В Контакте, посвященном данному изданию . Переводчик, работающий под псевдонимом Андрей Рене, подготовил также примечания. В его версии название романа уточнено: вместо привычных «Поминок по Финнегану» выбран вариант «На помине Финнеганов». Предисловие к переводу написал доктор литературы и заслуженный профессор Университета Куинс (Канада), автор в том числе исследовательских работ о Finnegans Wake Патрик О'Нил. Издатель — Ridero.

Итак, это 4500 страниц, 17500 примечаний, не считая сотен сносок-«мотивов» (повторяющихся фраз). Примечания занимают две трети всего объема. Было восстановлено 50 строчек из черновиков. Использовано более 1700 иностранных слов из белорусского, болгарского, македонского, сербского, украинского, церковно-славянского и древнерусского; реже — из английского, польского, чешского, словенского, норвежского, казахского, киргизского, таджикского, воровского жаргона и руссенорска; встречается дореформенная орфография. Используется внушительный массив русской литературы. Цитируется 200 книг, на которые опирался Джойс при написании романа, и еще 250, с которыми велась работа при переводе.

Все это выложено в свободном доступе онлайн. Но также можно купить печатные книги в двух версиях: белая версия — три тома без примечаний; черная версия — 17 томов с примечаниями. Предстоит долгое чтение, и, скорее всего, не избежать дискуссий о технологии перевода.

Другие материалы автора

Анна Смирнова

​Сергей Довлатов

Анна Смирнова

Евгений Евтушенко. Человек из тетрадки