Мистер Хайд нового времени
Текст Алена Бондарева
Фотография kinopoisk.ru
Руководитель проекта Rara Avis рассказывает о том, почему повесили «илфордскую Мессалину», и какое отношение к этому делу имел современный «Детективный клуб».
Современный детектив — вроде игры в ассоциации. Я говорю: сыщик. Вы: Эркюль Пуаро, старушка Марпл, Перри Мейсон или Виола, прости Господи, Тараканова. Я вам: убийство. А вы: на Бейкер-стрит уже доложили, или Декстер все еще играет с нами. И тогда я не отступаюсь: классическая интрига. Вы, утомленным голосом: «Плимутский экспресс» — и, кстати, сегодня этим никого не удивишь...
Действительно. Со времен своего зарождения детективный жанр отмахал серьезное расстояние. Писатели-детективщики больше не выступают в прессе с публичными заявлениями по поводу громких судебных процессов. Как было, например, с делом «илфордской Мессалины» Эдит Томпсон. Замужняя женщина мало того, что закрутила интрижку на стороне, так еще склонила молодого любовника (Эдит было 29, а Фредди Байуотерсу — 20) укокошить мужа. Влюбленный юноша, недолго думая, зарезал супруга Эдит, за что обоих после скандального судебного разбирательства (кстати, доказательства вины Эдит до сих пор кажутся неубедительными) благополучно вздернули. И тогда автор психологических детективов Энтони Беркли (1893-1971) авторитетно заявил: Эдит Томпсон повесили женщины Англии, так как не могли простить ей смелости и подрыва семейных устоев. Впрочем, во времена Беркли не было социальных сетей и странички автора в Faceboоk, и единственный способ возвестить миру о своих мыслях — выпустить книжку или высказаться в газете.
Поэтому и писатели развлекались, как умели. В частности, в 1920-х создали знаменитый «Детективный клуб». В разное время в него вступили Гилберт Честертон (стал председателем), Дороти Сэйерс, Агата Кристи, Фримен Уиллс Крофтс и другие прославленные мастера жанра. Заседания проводились тайно, напоминая сектантские сборища, члены клуба обменивались письмами и загадочными записками, обсуждая аспекты своей работы.
Клуб существует и сегодня, но скорее, как дань традиции. Да и детективщиков всерьез больше никто не воспринимает. Прошли те времена, когда их книги влияли на развитие криминалистики. Для справки, персонажи французского писателя Эмиля Габорио (1832-1873) начали снимать гипсовые слепки следов раньше, чем французская полиция взяла этот метод на вооружение, а герои Конан Дойла верили в снятие отпечатков пальцев даже тогда, когда английское правосудие предпочитало в суде использовать скорее театральные методы убеждения присяжных, нежели аналитические. Более того, политическая ангажированность нашего современника Бориса Акунина, прославленного создателя Эраста Фандорина, именно благодаря его детективным книжкам выглядит неубедительной. И даже слегка дискредитирует его как серьезную медийную фигуру.
Да и сам жанр со времен старого доброго английского убийства утратил наивность и ожесточился. Тут нужно сказать особое спасибо скандинавским авторам, вроде Ю Несбё.
На смену японским якудза, американским гангстерам и итальянским мафиози (олицетворявшим все мыслимое и немыслимое человеческое зло) пришли тихие, но неизменно пугающие чикатило, с загадочным видом отрезающие в ночи чьи-то конечности.
Не секрет, что теперь писателю-детективщику нужно не только иметь крепкие нервы (ведь помимо прочего ему придется отбиваться от неизбежных нападок, касающихся массовости жанра), но и быть весьма изобретательным преступником
В 1991 нежностью и легким каннибализмом киноманов шокировали Энтони Хопкинс и Джоди Фостер. Фильм «Молчание ягнят» во многом предрек повороты жанра, во всяком случае, в массовом американском кинематографе (и реабилитировал интерес к творчеству Томаса Харриса (р. 1940), автора книг о докторе Ганнибале Лектере).
Кино вообще дало много пищи детективному жанру. Не буду перечислять имен мэтров эпохи зарождения кинематографа. Лишь замечу, что один хичкоковский саспенс (парализующая кинолента «Психо», 1960 — экранизация романа Роберта Блоха) перевернула представления об интриге и психологизме сюжета. К тому же сегодня ветвь первенства перехватили сериалы, по своей сути являющиеся современными многотомными экранизациями романов-приключений. «Шерлок», «Декстер», «Ганнибал» и ряд многосерийных лент попроще произвели с детективом свое сращение, подвергнув его неизбежной коррозии. А также навсегда трансформировав наши представления о классических сыщиках.
Не секрет, что теперь писателю-детективщику нужно не только иметь крепкие нервы (ведь помимо прочего ему придется отбиваться от неизбежных нападок, касающихся массовости жанра), но и быть весьма изобретательным преступником. Современные читатели избалованы, их больше не волнует вопрос: кто убийца. Скорее занимает другая проблема: как именно он это сделал, и как доказали вину. Примеров масса: «Правда о деле Гарри Квеберта» Жоэля Диккера, «Исчезнувшая» Гиллиан Флинн и так далее. Впрочем, все это уже не совсем детективы. Проза и триллер в одном флаконе, учебник по писательскому мастерству и детективный роман, исторический экшен или супергеройский комикс-боевик — подобное относится к большому разговору о гибридизации жанра.
Ведь детектив-современник — мутант, пусть и более цивилизованный, но все же вариант мистера Хайда. И, согласно сюжетной канве, это загадочное чудовище загнали в гетто. Где оно и претерпевает до сих пор, особенно, если мы говорим о русском варианте (неважно, киношном или книжном).
Собственно, стремление разобраться в том, что же конкретно произошло с современным детективным жанром, и двигало Rara Avis, когда мы задумали этот пилотный выпуск.